«Они мне утром пишут: „Мам, я живой!“»: женщина потеряла на СВО сына и стала мамой для сотен бойцов
Если есть «сын полка», то, пожалуй, есть и «мать полка». В полной мере этой «почетной должности» соответствует Татьяна Соколова. Она уже привыкла к опасности и почти спокойно относится к моментам, когда детектор дронов начинает тревожно пищать. Татьяна возит гуманитарную помощь в подразделения, заезжает в госпитали и обнимает солдат, которых называет сыновьями. Своего родного сына Данила она потеряла — он героически погиб в разгар украинского «контрнаступа» в июне 2023 года.
Татьяна вспоминает, что помогать ребятам на передовой они с сыном начали еще в «первую донбасскую кампанию» — в 2016 году. Скидывались деньгами со знакомыми, покупали все необходимое, отправляли ополченцам ДНР и ЛНР. После начала Спецоперации Данил, несмотря на проблемы со здоровьем и отсутствие армейского опыта, записался в добровольческое подразделение «Ак Барс».
— Упёртый, — признаётся Татьяна. — Если решил — значит, сделал. Я не могла остаться в стороне. Там сын, надо помогать.
Татьяна стала еще активнее работать в тылу: собирала гуманитарку, фасовала, подписывала коробки. Сама на фронт не ездила — не брали, да и она не настаивала.
В декабре 2022-го Данил получил тяжёлое ранение. Вылечился, вернулся домой и вскоре после нового года предложил маме отвезти гуманитарку в его подразделение
В апреле 2023 года была ее первая поездка. Место дислокации парней оказалось всего в двух километрах от ЛБС — это расстояние удара 82-мм миномета.
— Если б я знала, куда мы поехали, может, и не решилась бы, — признается женщина.
Татьяна вспоминает: когда командир подразделения, увидел её, то сказал: «Мама приехала. Мамины руки привезли».
В мае 2023 года Данил окончательно поправился после ранения и ушёл на второй контракт. В июне он погиб. Матери успел позвонить за день до гибели. Сказал, что идут тяжелые бои, а один парень, которого она тоже знала, стал «200». Татьяна с сыном должны были встретиться через несколько дней. Она запаковывала последние коробки и уже собиралась к нему. Но он её не дождался.
— Не знаю, как я это пережила. Кто-то в уныние уходит, кто-то начинает ненавидеть. Я не могу предать его дело. Мне повезло, что после похорон у нас была собрана гуманитарка, и я поехала. Наверное, потому что верила и верю до сих пор: он это видит, — говорит Татьяна.
После смерти сына женщина открыла фонд «Мамины руки» — в честь той самой фразы командира подразделения. Данил при жизни успел сформировать команду, создал сайт. После его гибели друзья остались рядом с Татьяной — до сих пор помогают. Присоединились и ветераны — мужчины, прошедшие не только СВО, но и «Афган», и «Чечню».
По словам Татьяны заявок от парней много, причем из разных частей. И самое сложное — это не собрать всё необходимое, а выбрать подразделение, куда поедут «Мамины руки». По ее словам, фонд не просит деньги у государства, не ищет грантов.
— У нас нет больших денег. Единственное — свои машины. Я получила выплаты после гибели сына, мы купили грузовую. У товарища тоже своя машина. Но они ломаются, их надо ремонтировать, — рассказывает Татьяна Соколова.
Список необходимого меняется со временем. В 2022-м возили в основном продукты и что-то из амуниции. Сейчас — больше технику. Они возят все необходимое кроме дронов.
— Это направление, где нужен специалист, мы за такое не беремся, — говорит женщина.
Всегда в ходу влажные салфетки, носки, гигиена; генераторы — свет и возможность зарядить телефон; строительные материалы, лопаты, гвозди, баннеры для обшивки; постельное бельё, футболки, трико, шорты, тапочки — для госпиталей; медикаменты: средства от температуры, для желудка, противовирусные, витамины, обезболивающие и вода.
— Бабушки переживают, соленья-варенья передают. Пацаны ждут, любят домашнее. Но банки тяжёлые, а дорога дальняя, стараемся довезти целым, — говорит Татьяна.
У фонда сложились тёплые отношения с двумя госпиталями: в Ростове и в Ясиноватой.
— В госпиталях нужны постельное, футболки, трико, шорты, тапочки. Ребят привозят, с них срезают всю одежду — они остаются буквально голышом. Не обязательно новое, главное — чистое, без дырок, — объясняет Татьяна.
Татьяна говорит, что общается с бойцами как с собственными сыновьями. Кому-то надо сказать теплое слово, кого-то — поругать или взбодрить.
— Когда они мне утром пишут: «Мам, я живой» — вот это дорогого стоит. Для меня это чувство, что у меня есть дети, наверное, самое важное, — признается Татьяна. — Я не могу предать дело Данила. И не могу предать тех пацанов, которые там.
Фонд «Мамины руки» Татьяны Соколовой работает на личные средства и пожертвования неравнодушных людей. Вкладом в помощь бойцам, как говорит Татьяна Соколова, будет даже простая плитка шоколада или банка солений. Обращаться можно в группу фонда в соцсетях, Татьяна увидит ваше сообщение.
Фото: hornews.com
Читайте также:
Екатерина Москаева вместе со своей командой отправила на фронт 30-й грузовик с гуманитарной помощью и 12 автомобилей: УАЗы, «Волги», «копейки». Катя рассказала «Хорошим новостям», почему парни выжили в «УАЗике» после подрыва на противотанковой мине, зачем волонтёры молятся о тумане и чего больше всего не хватает бойцам.
