Рай в деталях: показываем, как выглядит храм Александра Невского на Алом поле после шести лет реставрации

В мае 2026 года у храма Александра Невского на Алом поле убрали забор. Горожане смогли увидеть отреставрированный фасад с мозаиками. Многие решили, будто многолетний ремонт уже завершился, но впереди ещё много работы. На массивных дверях висит объявление, что храм закрыт. Однако «Хорошим новостям» удалось попасть внутрь и увидеть, как восстановили церковь, спроектированную легендарным русским архитектором Александром Померанцевым.

Официально реставрация храма стартовала 12 лет назад, но активные «физические» работы в храме начались в 2020 году. Компании «Ренессанс‑Реставрация» из Санкт‑Петербурга предстояло расчистить стены и своды от материалов всех предыдущих «ремонтов». А их с момента закрытия храма в 1930‑м было немало.

В XX и XXI веках здание храма, построенного в 1911 году, использовали самые разные организации. Здесь базировалась обсерватория Дворца пионеров, а с конца 1980-х и до 2013 года — зал камерной и органной музыки.

Разумеется, интерьер меняли не единожды. Все стены и своды были оштукатурены и отделаны лепниной. Помощница настоятеля храма Александра Невского Вера Шпак вспоминает: под куполом располагался механизм, который поднимал люстру. Анкер, на который он крепился, торчал практически из самого Лика Бога Отца.

— Лепнина была качественная, все гипсовые розетки крепились на анкера. Когда их начали снимать, увидели, что всё было повреждено — медальоны, орнамент. Лики евангелистов были со сбитыми, выколотыми глазами, — вспоминает Вера Петровна.

В центральном алтаре храма, куда журналистов впустили исключительно потому, что его ещё не освящали, расположена васнецовская композиция — распятый Спаситель. Когда специалисты добрались до расчистки этой стены, под слоями краски обнаружили только кисти рук. На месте фрески когда‑то прорубили окно. Сейчас проём уже заложили и восстановили композицию.

Вера Шпак признаётся: в работе над реставрацией храма ей серьёзно помогло то, что она всю жизнь проработала в отраслях, связанных со строительством, имела 12 лет стажа проектировщика. Когда они с настоятелем, отцом Борисом Кривоноговым, стали работать над проектом реставрации, пришлось глубоко вникать в законодательство, связанное с объектами культурного наследия.

Но все этапы — от разработки и утверждения документов до проведения работ — они осилили. Меняли крыльцо, двери, окна, восстанавливали фасад, заменили кровлю и купола, переложили колокольню, восстановили все инженерные коммуникации — электричество, отопление. А главное — сделали гидроизоляцию фундамента, чтобы в подвалах больше не стояла вода и зданию не грозило обрушение. Собственно, именно это и привело к решению срочно «капиталить» Александро-Невскую церковь.

Сейчас храм уже полностью расписан. Как объясняет отец Борис, в основе росписи — идея возведения души к Богу:

— В притворе изображены сюжеты изгнания из рая, дальше — спасение Христом. Человек должен из «скотоподобного» состояния прийти в человекообразное, а затем стать образом и подобием Божиим. Эскизный проект проработан мастерами Репинской академии художеств. Мы нашли много оригинальных росписей Васнецова, поймали колористику храма и на этой базе осуществили всё остальное.

В оформлении стен и сводов художники из Москвы стремились максимально сохранить изначальный стиль. Росписи, сделанные в начале XX века мастерами школы Виктора Васнецова, чудом сохранились под слоями масляной краски, хоть и серьёзно пострадали от вандализма и креплений. Лучше всего сохранился триптих «Радость праведных о Господе». Его картины — изображения в натуральную величину — хранятся в Третьяковской галерее.

— Когда специалисты увидели Святую Троицу в барабане и архангелов, которые закрывают вход в рай, сразу поняли, что это делали ученики школы Васнецова. Это историческая живопись, шедевры. Где‑то были пустоты: вот, например, там, где Вера, Надежда, Любовь и мать их София стоят — маленькой Любови не было, и крест новый нарисовали, —рассказывает Вера Шпак.

Во Владимирском соборе в Киеве композиция «Радость праведных о Господе» выполнена Васнецовым и группой художников на барабане. А в Челябинске художники выполнили эту роспись на своде. Из‑за особенностей освещения под некоторыми ракурсами она кажется как будто полупрозрачной и очень лёгкой.

Большая часть оформления — это новодел, и не только потому, что сохранилось мало фресок. Дело в том, что церковь проработала совсем недолго и до закрытия в 1930‑м её не успели полностью расписать.

— Церковь строили с седьмого по одиннадцатый год. В одиннадцатом году закончились деньги, решили перейти вовнутрь. Начали штукатурить, с 14‑го по 16‑й год расписывали. Потом война, революция — и не успели. Можно было по задумке расписать всё, но обстоятельства не позволили. Внутренний проект не сохранился, сохранились только эскизы фасадов. По одному листочку, найденному в Госархиве, мы можем лишь предположить, что снаружи должна была быть мозаика, — объясняет помощница настоятеля.

Боковые приделы оформляли тоже в стилистике Васнецова, используя не только живопись, но и его знаменитые орнаменты — пальмы, анютины глазки, кувшинки. И если в других храмах те же васнецовские композиции могут выглядеть нежнее и изящнее, в храме Александра Невского получился такой пышущий цветом и золотом русский модерн, что у входящего захватывает дух, и стены и своды хочется разглядывать, как в музее.

Эскизы создавались художниками из Санкт‑Петербургской академии под руководством Дмитрия Селиванова. Расписывала храм бригада художников от Министерства культуры РФ.

— Все говорят: там, где голова у Святой Феодосии, у вас дефект росписи. Это не дефект. От фрески сохранилась только голова. По законам реставрации специалисты укрепили и сохранили оригинальную живопись и дописали остальное, — показывает Вера Петровна.

По словам настоятеля, сейчас Александро‑Невская церковь выглядит лучше, чем до революции. Иконостас — даже три иконостаса в едином теле из итальянского мрамора. Колонны из редкого царского камня, порфира цвета запекшейся крови. Такой добывался в Египте для храмов Ватикана и Рима. Вся композиция подчинена теме страданий Христа, крестной смерти и воскресения.

— Мне предлагали уральский мрамор, но надо понимать интерьер: холодный белый мрамор сюда не подойдёт. Это роскошь — да, роскошь. Но это не бюджетные средства, это меценаты. Мебель сюда из «Икеи» не поставишь. Мы же не можем взять алюминиевые кастрюли и поставить на престол. Из бюджета это не финансируется. Подрядчики говорят: «Отец Борис, мы готовы вам иконы не передавать, пока вы нам не отдадите долг в 30 миллионов». В масштабах сделанного осталось собрать немного, — говорит отец Борис.

По словам настоятеля, следующий этап — реконструкция духовного центра на Свердловском проспекте, 59А, который весь Челябинск знает как бывший ночной клуб. Он сменил множество вывесок, а само здание в народе называли «Утюг». Сейчас там находится временный храм и регулярно проходят богослужения. Многие называют это чудом — десятилетия в этом помещении гремела музыка, а стриптизёрши крутились вокруг шеста, а сейчас там церковное пение и литургия.

Отец Борис успокаивает: когда закончится реставрация, «Утюг» не превратится обратно в танцпол с баром. Там разместится воскресная школа, православные лектории и кинозал с хорошей акустикой.

— Православные должны выйти из подполья и находиться в своей стране как хозяева, а не как прислуга. Когда мы это реализуем, изменится жизнь Челябинска и всего Южного Урала; к нам будут приезжать перенимать опыт из соседних регионов. По благословению Патриарха и нашего Владыки Алексея будем думать, когда состоится освящение храма, — добавил настоятель.

Напомним, что ранее «Хорошие новости» писали о том, что в Челябинске впервые показали мозаики верхнего храма Христорождественского кафедрального собора. Их делают мастера из Минска по той же технологии, что и в храмах Византии.

Фото: Надежда Тютикова / hornews. com