Новости

"Терпите, это издержки профессии": челябинские пограничники – о том, как работали в 90-е годы

В 1996 году система пограничного контроля на Южном Урале выглядела так: всего восемь военнослужащих, пять гражданских и личный транспорт вместо служебного. 28 октября исполняется 30 лет с начала охраны российско-казахстанского участка границы в Челябинской области. О том, как "личное дело потом" превратилось в полторы тысячи километров на замке, — читайте в воспоминаниях полковника запаса Игоря Суркина и первого начальника Южно-Уральского регионального пограничного управления генерал-лейтенанта Александра Серова.

Игорь Суркин в 1996 году находился в запасе и стоял на учёте в Варненском военкомате. О том, что пограничники начинают работу на Урале, он узнал весной 1997-го. Раздумий "быть или не быть" не возникло: приехал на собеседование к тогда ещё полковнику Петру Жданову, показал дипломы, коротко доложил о службе в КВПО и КДПО КГБ СССР. Диалог был предельно коротким:

— Вы откуда?
— Из Варны.
— Начальником РОПС пойдёте?
— Согласен.
— Идите подписывайте контракт.
— Так личное дело же ещё в военкомате.
— Личное дело потом.

Через два месяца Суркин уже находился в строю, а 19 июня 1997 года началась история пограничных подразделений на Варненской земле.

Изначально выходы на охрану границы шли совместно с таможенниками — пограничное законодательство на участке тогда ещё не работало. После согласований с прокуратурой Челябинской области к осени 1997-го утвердили образцы протоколов и актов передачи задержанных грузов. Первое самостоятельное задержание контрабанды в региональном управлении провели как раз варненцы — прапорщик Виктор Пономарчук и инспектор Сергей Боровлев.

К охране границы готовы
К охране границы готовы

Пограничники вспоминают, что финансирования не было — вся страна едва сводила концы с концами — вооружения и техники — тоже. 

Игорь Суркин

— Фактически охрана границы строилась на личном энтузиазме и патриотизме сотрудников. Использование личного транспорта практически лежало в основе всех рейдовых действий. Из средств связи были лишь стационарные телефоны районной АТС, — вспоминает Суркин.

Было и внутриведомственное сопротивление: не все восприняли появление пограничников с их новыми требованиями позитивно. Конфликты, угрозы сотрудникам решали "в разных кабинетах на разном уровне". Прокурор Варненского района того времени Александр Кураев утешал: "Терпите, это издержки профессии…"

Справиться с огромным массивом работы помогли добровольные казачьи дружины. Правда, Суркин — сам из казачьей династии — отмечает, что тут с казаками было не все гладко. С одной стороны — в приграничье живут потомки казаков, которые чтят традиции и которым небезразлична безопасность рубежей. С другой стороны всё упиралось в юридические тонкости, ведь очевидно, что общественная организация не может выполнять государственные функции, у дружинников нет ни подготовки, ни правовых полномочий.

— Я неоднократно предлагал всем желающим казакам встать со мной в один строй, подписав контракт о прохождении военной службы. И такие примеры были: инспектор РОПС Игорь Козлов, прапорщик, впоследствии капитан, Александр Бухтояров, — говорит он.

Результат не заставил себя ждать. По итогам 1998 года Варненское РОПС по количеству и качеству задержаний контрабандных грузов обошло все областные отделы регионального управления, кроме Оренбургского, где было 13 районных отделений. В активе — 30 тонн муки, 20 тонн ГСМ, свыше 5 тонн лома цветных металлов. И всё это силами восьми военнослужащих и пяти гражданских.

— Они служили не за страх, а за совесть! — подчёркивает Суркин.

Первый начальник Южно-Уральского регионального пограничного управления генерал-лейтенант Александр Серов пришёл на Урал из 40-й дивизии, перебазированной в Челябинскую область в 1994-м. В 1998 году приняли решение о создании пограничного управления ФСБ России по Челябинской области — из-за необходимости обеспечивать безопасность на границе с Казахстаном. 

Александр Серов

— В этой работе мне довелось принимать самое непосредственное участие, — вспоминал Серов.

Приходилось сталкиваться и с нежеланием людей переходить на новую службу, и с сокращениями.

— Мы много работали и жили. Призывали в запас, увольняли, сокращали. Но мы делали всё, чтобы сохранить костяк, — говорил генерал.

На создание управления ушло около пяти лет; к 2003 году Пограничное управление ФСБ России по Челябинской области наконец-то сформировалось, а Серов к тому времени уволился в запас и уехал в Москву.

— Челябинск стал 15-м моим местом службы, — признавался он. — И это место службы, и везде мы с Надеждой Михайловной (супругой, прим. ред.) были вместе. Она не ездила только в Таджикистан, где я в 1995-м проходил службу. Там шли боевые действия… Во всех остальных случаях вопроса никогда не возникало. На чемоданы — и поехали!

Сегодня на месте сети грунтовок, когда-то соединявших населённые пункты по обе стороны границы, — чёткие ориентиры пограничных знаков. Любой гражданин, прибывший в пограничную полосу, визуально видит, где заканчивается российская земля и начинается Казахстан. 

Коллаж, hornews.ru
Коллаж, hornews.ru
Игорь Суркин

— В годы становления пограничной службы на нашем участке был задан правильный вектор развития, поднята планка уровня служебной деятельности, сохранены пограничные традиции, — подводит итог Суркин. — Для меня пограничная служба началась в 1982 и закончилась в 2017. В этот период вмещается вся моя жизнь и жизнь моей семьи. Да, всем нам довелось жить в век перемен, но это не меняет главного: если человек имеет призвание и прошёл свой путь до конца, значит, он жил не зря.

Напомним, что ранее "Хорошие новости" рассказывали о ветеранах пограничной службы в Челябинской области 

Похожие новости:

Читайте также: