Вратарский шлем в хоккее давно перестал быть просто элементом экипировки. Для голкипера это талисман, способ самовыражения и даже психологическое оружие. За последние 20 лет роспись масок и шлемов в России превратилась в отдельное направление искусства, где спорт встречается с аэрографией.
В челябинском «Тракторе» придерживаются фирменных черно-белых тонов. Шлем голкипера Сергея Мыльникова украшают логотип клуба и композиция из расколовшихся льдин. Хоккеист признаётся: к дизайну он подошёл серьёзно пять лет назад по инициативе отца, а затем сам начал дорабатывать детали. Ранее на его шлеме были изображены челюсти Венома — для устрашения соперников.
Канадский легионер «Трактора» Крис Дригер заказал у уральских художников нарисовать на шлеме достопримечательности Челябинска: памятник Курчатову, первый трактор ЧТЗ, храм Александра Невского. А экс-вратарь «Белых Медведиц» Карина Золотарева изобразила на маске маяк Анива и мифического змея — символы Сахалина, где она выступает сейчас.
— Всегда хочется самовыразиться, — говорит Золотарева. — Обошлось недорого: это не аэрография, а качественная наклейка.
За каждым шлемом стоит кропотливый труд художника-аэрографиста. Что еще и почему уральские художники рисуют на шлемах хоккеистов?
Вячеслав Кабанов из Магнитогорска работает в аэрографии более 20 лет. Его первый заказ на шлем сделал вратарь «Металлурга» Илья Проскуряков — с изображением Ильи Муромца. С тех пор через руки мастера прошли маски Василия Кошечкина, Андрея Василевского, Александра Еременко.
— Раньше просили трансформеров и голливудских героев, теперь чаще выбирают русские былины и отечественные мультфильмы, — отмечает Кабанов в разговоре с «КП-Челябинск».
Стоимость работы у Вячеслава — от 25 до 45 тысяч рублей, плюс 5 тысяч за покраску решётки. Процесс занимает 1–2 недели: от эскиза до финального лакового покрытия. Используются профессиональные американские автоэмали — они прочные и безопасны.
Илья Соколов из Тюмени начал с росписи автомобилей, а первый хоккейный шлем сделал для вратаря «Рубина» Александра Судницина. Сейчас 80% его заказов — спортивная экипировка.
— Аэрография — это про излишек, про желание выделиться. Это то, что делает вещь по-настоящему своей, — рассуждает мастер.
Одна из работ, запомнившихся художнику — шлем для Ивана Федотова с фактурами уральских минералов, вдохновлённый музеем в Таганае. А для вратарей «Рубина» и «Зауралья» мастер создал парные шлемы по мотивам советского мультфильма «Шайбу! Шайбу!».
Хоккеисты уверены: рисунок на шлеме подчёркивает индивидуальность вратаря — человека, который играет на последнем рубеже. Шлем приходится реставрировать после каждого сезона: шайбы оставляют сколы, которые нужно закрашивать. Когда защита изнашивается — заказывают новую маску и начинают творческий процесс заново.
Мастера говорят, мода на «боевую раскраску» только растёт. И если раньше уральские голкиперы смотрели на НХЛ, то теперь всё чаще выбирают образы, близкие к отечественной культуре — от богатырей до уральских самоцветов.
Фото: «КП-Челябинск»/ Валерий Золотарев/ promaskart / vk.ru/ ЖХК «Сахалин»/ ХК «Трактор»
Читайте также:
Защитник рассказал «Хорошим новостям» о долгожданном дебюте в КХЛ и первой заброшенной шайбе.
